Считаю необходимым сразу «сорваться с места в карьер», потому как эта тема столько раз подымалась в средствах массовой информации и столько было о ней сказано, что в предисловиях думаю не нуждается.

Итак, 23 сентября 2019 года постановлением заместителем прокурора Амурской области Неговора Д.С. отцу Дмитрия было отказано в удовлетворении его жалобы на постановление следователя по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области подполковника полиции Колкова Р.С. о прекращении уголовного дела № 643486 по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Т.е. органы предварительного расследования не усмотрели в смерти Дмитрия Шинко криминальной составляющей. Однако, после прекращения уголовного дела, я и Виталий Яковлевич (отец Дмитрия), получили возможность ознакомиться с 7-ю томами уголовного дела. Ознакомление и изучение материалов потихоньку вводило нас в шок… Итогом стало направление жалобы прокурору области, который как указано выше отказал в ее удовлетворении.

Дабы не упустить особо примечательных деталей, я за исключением некоторых изъятий для облегчения восприятия, привожу для ознакомления подготовленную и направленную нами Генеральному прокурору Российской Федерации жалобу. При этом, фамилии свидетелей и их имена изменены.

Генеральному прокурору Российской Федерации
125993 ГСП 3 Москва ул. Большая Дмитровка д. 15а

От потерпевшего Шинко Виталия Яковлевича

ЖАЛОБА

на постановление об отказе в удовлетворении жалобы

«… Надо помнить указание товарища Сталина, что бывают такие периоды, такие моменты в жизни нашей, в частности, когда законы оказываются устаревшими и их надо отложить в сторону…»
А.Я. Вышинский на собрании партийного актива Прокуратуры СССР в 1936 году

УВАЖАЕМЫЙ ЮРИЙ ЯКОВЛЕВИЧ!

Обращаясь к Вам с настоящей жалобой убедительно прошу Вас рассмотреть ее лично, не передавая на рассмотрение по подведомственности прокурору Амурской области, поскольку я более не могу рассчитывать на его честность и порядочность.

Прокурором Амурской области был грубо нарушен Кодекс этики прокурорского работника Российской Федерации, согласно которому успешная реализация стоящих перед органами и учреждениями прокуратуры Российской Федерации задач осуществляется в том числе на основе честности, поскольку совершенный прокурором Амурской области проступок умаляет авторитет прокурорского работника в целом и подрывает доверие граждан к государству.

Так, в середине июля 2019 года я совместно со своим представителем Губиным В.С. присутствовали на совместном приеме с участием прокурора Амурской области Медведевым Р.Ф., руководителем следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области Белянского С.Ю., его заместителей и следователя, в чьем производстве находилось уголовное дело № 643486.

В ходе беседы Губин В.С. обратился с просьбой к прокурору Амурской области о рассмотрении жалобы на постановление о прекращении уголовного дела № 643486 лично им, либо одним из его заместителей, но обязательно за подписью прокурора Амурской области, поскольку неоднократные ответы на мои жалобы всякий раз направляются мне за подписью одного из заместителей прокурора области, что препятствует обращению с заявлениями или жалобами к Генеральному прокурору Р.Ф.

Прокурор Амурской области дал обещание и заверил Губина В.С. и меня в том, что моя жалоба будет прокуратурой области рассмотрена и ответ на жалобу будет дан, дословно слова Медведева Р.Ф.: «За моей подписью». Ход личного приема и слова прокурора области зафиксированы при помощи видеофиксации в кабинете следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области Белянского С.Ю.

Однако, Медведев Р.Ф. свое слово не сдержал, ввел нас в заблуждение и если говорить прямо – обманул, поскольку ответ на жалобу (обжалуемое постановление) мне был предоставлен заместителем прокурора Амурской области Неговора Д.С. за его же подписью.

Суть жалобы

23 сентября 2019 года постановлением заместителем прокурора Амурской области Неговора Д.С. мне было отказано в удовлетворении моей жалобы на постановление следователя по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области подполковника полиции Колкова Р.С. о прекращении уголовного дела № 643486 по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Несмотря на то, что я, пытаясь хоть как-то мотивировать прокурора области на соблюдении законности при рассмотрении моей жалобы, прокурор все-таки принял решение об отказе в удовлетворении жалобы, без достаточных тому законных оснований, без надлежащего обоснования, «отметая» все указанные мною в жалобе доводы.

Обжалуемое постановление, после ознакомления с ним, я воспринимаю не иначе, как грубое пренебрежительное отношение прокурора Амурской области к Конституции РФ, к обеспечению верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства.

Обжалуемое постановление изобличает панибратство, сложившееся между Следственным управлением по Амурской области, прокуратурой по Амурской области и Бюро СМЭ по Амурской области: «Своих в беде не бросаем» и очевидно свидетельствует о наличии в Амурской области, на уровне ее областной прокуратуры, камуфлированной законности.

Я и не мог даже предположить, что ПРИ НАЛИЧИИ СТОЛЬКИХ ГРУБЕЙШИХ и ВОПИЮЩИХ НАРУШЕНИЙ уголовно-процессуального законодательства ПРОКУРОР ОБЛАСТИ все-таки примет обжалуемое постановление без их проверки.

Так, в жалобе на постановление о прекращении уголовного дела я указывал:

Признаки фальсификации должностными лицами Следственного управления по Амурской области доказательств по уголовному делу.

Эпизод 1. В основу выводов постановления о прекращении уголовного дела следователем были положены протоколы допросов свидетелей Иванова И.В. (ныне покойный) и Иванова А.В., которые по версии следствия рыбачили на водоеме во время исчезновения Шинко Д.В.

В жалобе я указывал и приводил неоспоримые доказательства того что данные протоколы допроса имеют явные признаки фальсификации и поэтому не могли быть использованы органом предварительного следствия в качестве доказательств по уголовному делу.

Следствию я сообщал в жалобе, что у меня имеется запись разговора с Ивановым А.В., опровергающая его присутствие и присутствие его брата на водоеме в день исчезновения моего сына. Нахождение Иванова А.В. опровергает также свидетель Морозов В.В.

Эпизод 2. Согласно протоколу осмотра места происшествия от 05.08.2016 года время проведения осмотра с 23.45 до 23.55, составленном оперуполномоченным ОУР ОМВД России по Серышевскому району ст. лейтенантом полиции Протасовым Д.О., осмотром установлено, … на берегу обнаруживаются вещи, а именно футболка темно-синего цвета; шорты черного цвета с белыми лампасами, в одном из карманов которых находятся деньги в сумме 460 рублей, тапочки черного цвета. Данные вещи с места осмотра изымаются.

Из протокола допроса от 10 апреля 2017 года оперуполномоченного ОМВД России по Серышевскому району Протасова Д.О. следует: «… я произвел осмотр места происшествия, в ходе которого мной были обнаружены мужские вещи, а именно шорты, футболка, сланцы, которые находились на берегу…».

Эти два процессуальных документа также имеют признаки умышленного введения Протасовым Д.О. органа предварительного следствия в заблуждение, а возможно вследствие совместных умышленных действий Протасова Д.О. и следователя производящего дознание по данному уголовному делу, поскольку сведения изложенные в протоколе осмотра и протоколе допроса опровергаются материалами уголовного дела, что мною подробно было указано в жалобе.

Материалы уголовного дела и дополнительно предоставленные мною материалы содержат в себе неопровержимые доказательства того, что Протасов Д.О. не осматривал берег водоема и не изымал с его берега вещи Дмитрия.

Место обнаружения вещей Дмитрия не установлено, что имеет существенное значение для установления истины по делу.

 «Отметая» мои доводы относительно фальсификации протоколов допроса Иванова А.В. и Иванова И.В., протокола допроса Протасова Д.О. и составленного им протокола осмотра места происшествия, прокурор Амурской области мало того, что опирается на эти недопустимые доказательства в своем постановлении, но и БЕЗ ПРОВЕРКИ изложенных мною доводов, не допрашивая следователя, в чьем производстве находилось уголовное дело, свидетеля Протасова Д.О., свидетелей Иванова А.В. и его жены, свидетеля Морозова В.В., меня и моего представителя Губина В.С., не истребуя у нас диктофонную запись моей беседы с Ивановым А.В. просто указал: фактов фальсификации по уголовному делу № 643486 прокуратурой области не установлено.

Возникает вопрос: Каким образом прокурор области пришел к выводу об отсутствии признаков фальсификации? Не является ли бездействие прокуратуры области по не проверке изложенных доводов о фальсификации желанием вывести из-под удара следователя следственного управления и оперуполномоченного Серышевского ОВД и нежеланием их привлечения к уголовной ответственности?

Фактически мною было сделано заявление о совершении указанными должностными лицами должностных преступлений. Почему надзирающий орган не принял в этом случае адекватных и законных мер реагирования?

Противоречия в данных о состоянии трупа Шинко Д.В. и причине его смерти

В своей жалобе прокурору области я указывал, что результаты экспертных исследований легли в основу выводов как первоначальной экспертизы трупа № 478, так и всех последующих проведенных комиссионных судебно-медицинских экспертиз, поскольку при невыполнении требований раздела 4 «Особенности порядка организации и проведения экспертизы трупа», приказа № 346н от 12.05.2010 г, требований пунктов 33 и 33.10 установленное при наружном исследовании состояние трупа Шинко Д.В. не может быть информативным и представлять экспертную ценность для установления давности и причин смерти Шинко Д.В., поскольку состояние трупа в день его обнаружения 13.08.2016 года было существенно разнилось с днем исследования трупа, т.е. спустя двое суток 15.08.2019 года.

Прокурору я указывал о том, восполнить данный пробел и установить с достоверностью, за исключением особенностей среды утопления, возможно только исходя из показаний всех свидетелей, которые видели и могут описать состояние трупа в день его обнаружения 13.08.2016 года, в том числе путем допроса потерпевшего Шинко В.Я., следователя Малых С.Ю., специалиста ЭКО ОМВД России по Серышевскому району Савченко А.С. и понятых, поскольку эти лица являлись участниками осмотра 13.08.2016 года места происшествия. При этом, должностных лиц Малых С.Ю. и Савченко А.С. необходимо допрашивать при помощи полиграфа, т.к. данные лица являются заинтересованными. По вине Малыха С.Ю. и образовался указанный пробел, во избежание ответственности который может сообщить следствию информацию, не соответствующую действительности, что осталось у прокурора без внимания.

Я привел доводы того, что львиная доля гнилостных изменений, описанная в экспертизе трупа № 478, произошла не в следствие нахождения трупа моего сына в воде, а именно вследствие несвоевременного, спустя двое суток, начала проведения экспертизы и его хранения при неудовлетворительных условиях в экспертном учреждении.

Т.е. я подвергал и подвергаю сомнению наличие тех гнилостных изменений, которые были установлены при проведении первоначальной экспертизы трупа № 478.

К жалобе прокурору я приобщал заявления многочисленных свидетелей. Согласно заявлений указанные лица, ознакомившись с фотографиями эксперта Жеребятьева А.Н., сделанные им якобы при экспертизе трупа № 478, указывают на несоответствие состояния трупа, приведенным Жеребятьевым А.Н., фактическому состоянию на дату его обнаружения.

Прокурор области «отметая» без проверки мой довод указывает, что заявления указанных свидетелей не являются допустимыми доказательствами, поскольку получены в нарушением требований уголовно-процессуального закона.

Делая такой вывод прокурор области, во-первых, ставит государственный орган в преимущественное положение, поскольку я не обладаю процессуальной правоспособностью и лишен возможности собирать доказательства в соответствии с требованиями УПК РФ, в том числе допрашивать свидетелей по уголовному делу. Т.е. данный вывод делает невозможным сбор и предоставление мною доказательств, чем нарушил мое право принимать участие в расследовании уголовного дела. Этот вывод нарушает конституционные принципы состязательного правосудия, поскольку ставит в приоритет доказательства, полученные органом предварительного следствия, над доказательствами, предоставленными потерпевшим.

Во-вторых, при таких обстоятельствах и поскольку в заявлении каждого свидетеля  имеется просьба о их допросе и дополнительном допросе, на прокурора области в целях проверки изложенных мною доводов и принятия законного, обоснованного решения, возлагалась обязанность допроса указанных лиц. Как минимум прокурор области обязан был не игнорировать эти заявления, а дать на них каждому заявителю ответ, чего сделано прокурором не было.

В-третьих, вывод о том, что заявления указанных лиц не могут быть приняты во внимание, поскольку изложенные в них сведения об отсутствии на трупе Шинко Д.В. гнилостных изменений в момент его обнаружения опровергаются материалами дела также несостоятелен, поскольку именно эти заявления и опровергают сведения, имеющиеся в материалах дела. Более того, эти заявления содержат в себе сведения не об отсутствии гнилостных изменений в принципе, а отсутствие именно тех гнилостных изменений, которые произошли в период с 13 по 15 августа 2016 года.

Отсутствие доказательств того, что смерть Шинко Д.В. наступила именно в том водоеме, в котором был обнаружен его труп, а также отсутствие доказательств нахождения трупа Шинко Д.В. в период с 05.08.2016 г. по 13.08.2016 г. в месте его обнаружения

В жалобе я указал, что в силу не выполнения п. 33.10 Приказа Минздрава РФ № 346н от 12.05.2010 г. и отсутствия доказательств того, что обнаруженные в микропрепаратах от трупа Шинко Д.В. диатомовые водоросли относятся к одному роду с диатомовыми водорослями водоема, в котором был обнаружен труп Шинко Д.В., выводы о том, что Шинко Д.В. был утоплен именно в этом водоеме преждевременны, и материалами уголовного дела не подтверждены.

Соответственно мой довод о том, что смерть моего сына Шинко Д.В. наступила вне озера, расположенного в окрестностях с. Белогорка Серышевского района Амурской области, органом предварительного следствия не опровергнут.

Не был этот довод опровергнут и прокуратурой области, поскольку последняя сделала весьма своеобразный вывод, основанный лишь на косвенных доказательствах, которые даже «за уши» притянуть нельзя к месту наступления смерти моего сына.

Так, прокурор приводит в своем постановлении показания сослуживцев Дмитрия, отдыхавших вместе с ним, о том, что в этот день никто Шинко Д.В. телесные повреждения не наносил. Конфликтов не было, Шинко Д.В. распивал спиртные напитки, после чего пошел в сторону озера. Показания свидетелей объективно подтверждаются протоколом осмотра места происшествия от 05.08.2016 г. Признаков борьбы и самообороны в ходе осмотра места происшествия не обнаружено. Труп Шинко Д.В. был обнаружен в водоеме. Согласно проведенным экспертизам смерть Шинко Д.В. наступила в результате механической асфиксии в результате утопления в воде. При проведении указанных экспертиз установлено, что наступление смерти не исключается 05.08.2016, а также не исключается пребывание трупа в воде в период с 05 по 13.08.2016 года.

При такой совокупности доказательств прокурор пришел к выводу, что Дмитрий утонул именно в том водоеме, в котором его обнаружили.

Вместе с тем, возникает вопрос: какая совокупность доказательств имеет хоть приблизительное устранение сомнений в том, что мой сын утонул именно в этом озере? Указанные свидетели не видели и не могли видеть Дмитрия входящим в воду. Из всех протоколов допросов свидетелей следует, что они видели Дмитрия идущего по направлению в лесополосу, но не видели его выходящего на берег озера. Соответственно вещи, якобы изъятые сотрудниками полиции на берегу озера, могли быть туда помещены неустановленными лицами после совершения преступных действий в отношении Дмитрия и до их обнаружения. Мой сын мог быть убит и впоследствии помещен в водоем, в котором его и обнаружили, а также мой сын мог быть утоплен в этом или ином водоеме, или утоплен иным образом и при иных обстоятельствах, к примеру насильственное удержание органов дыхания моего сына в водной среде. При этом не обязательно совершение насильственных действий сопряжено с наличием телесных повреждений на теле жертвы или наличием борьбы в месте совершения преступления. Следствием данные сомнения не устранены и мой довод не только не опровергается материалами уголовного дела, но и остался у прокурора области без внимания.

Более того, факт смерти моего сына от механической асфиксии в результате утопления опровергается результатами внутреннего исследования при проведении первоначальной экспертизы № 478, поскольку ни в желудке, ни в легких не было обнаружено ни одного миллиграмма жидкости, а в пазухе основной кости обнаружены лишь следы буроватой жидкости, чего недостаточно для диагностирования утопления.

Прокурор в силу приведенных доводов о фальсификации протокола осмотра места происшествия без проверки его достоверности не вправе был ссылаться на него в своем постановлении.

Кроме того, прокурору я также сообщал, что обнаружение в костном мозге диатомей водорослей не свидетельствует о том, что смерть моего сына наступила в результате утопления в воде, поскольку в процессе извлечения трупа из места захоронения было установлено, что гроб вместе с трупом был погружен в грунтовые воды, которые на момент эксгумации были не замерзшими, но не в силу прогревания и оттаивания почвы, а в силу их непромерзания на глубине захоронения.

Таким образом перед прокурором я ставил вопрос о необходимости его разрешения путем проведения судебно-медицинской экспертизы: не могли ли все выявленные в микропрепаратах от трупа Шинко Д.В. после эксгумации диатомовые водоросли явиться следствием нахождения трупа в грунтовой воде в месте захоронения в течение 6 месяцев?

Однако, не будучи экспертом в этой области и «отметая» мой довод прокурор делает необоснованный, не подкрепленный какими-либо доказательствами и не основанный на материалах уголовного дела вывод о том, что вопреки доводам заявителя, наличие воды на дне могилы, обнаруженной при эксгумации трупа Шинко Д.В., не свидетельствует о том, что диатомовые водоросли, обнаруженные в костном мозге при проведении дополнительной экспертизы, явились следствием нахождения в грунтовой воде в месте захоронения.

Опять же, делая приоритет доказательств, собранных следствием над моими, прокурор указывает о несостоятельности довода заявителя о том, что показания свидетелей Петрова А.А., Сидорова В.В. не могли быть положены в основу решения о прекращении уголовного дела, мотивируя это тем, что данные свидетели принимали участие в поиске трупа Шинко Д.В., об известных обстоятельствах сообщили следователю в ходе допросов, которые были произведены в строгом соответствии с уголовно-процессуальным законом и поэтому протоколы допросов этих лиц являются допустимыми доказательствами.

Мой довод о том, что показания свидетелей Петрова А.А., Сидорова В.В. опровергаются Протоколом осмотра местности от 20.07.2018 г. остался без внимания и прокурором области проигнорирован.

Также мною было указано в жалобе, что согласно протоколу допроса от 16 марта 2017 года, один из свидетелей показал, что от рыбаков примерно в 50 метрах влево вдоль берега, мы увидели отдыхающих за столиком женщину и двое детей, которые пояснили, что никто к ним не подходил, а также каких-либо криков или посторонних шумов не слышали.

Сообщенная данным свидетелем информация органом дознания проверена не была, личность женщины не установлена и как источник возможно ценной информации не допрошена по обстоятельствам уголовного дела, хотя сведения, которые могли быть предоставлены этой женщиной могли бы «пролить свет» на обстоятельства смерти моего сына.

Прокурор же до банальности просто указывает, что не установление личности этой женщины не является основанием для отмены постановления о прекращении уголовного дела.

Неустранимые сомнения в правильности выводов заключения комиссии экспертов № 5-К ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» ЕАО

Прокурору в своей жалобе я сообщал о наличии неустранимых сомнений в правильности и объективности выводов экспертов ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» ЕАО в заключении комиссии экспертов № 5-К, а также о противоречии выводов экспертов материалам уголовного дела, приводил этому множество доказательств.

Однако, ни один довод прокурором рассмотрен не был и им не была дана какая-либо правовая оценка. Прокурор лишь сослался в своем постановлении на то, что заключение комиссии экспертов от 19.04.2019 г. № 5-К соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, в связи с чем, оснований для признания его недопустимым доказательством не имеется.

Взять хотя бы один из доводов.

Из заключения комиссии экспертов № 5-К (лист 55) следует, что на исследование представлена картонная коробка… с надписью… микропрепараты минерализатов почки, легкого и костного мозга на 6 стеклах к акту № 3037/16 и на 5 стеклах к акту 363/17 из трупа Шинко Д.В…

Вместе с тем, обращаемся:

  • к акту № 3037/16 – произведено судебно-гистологическое исследование препаратов минерализата почки и легкого;
  • к акту 363/17 – произведено судебно-гистологическое исследование: печени, сердца, почки, трахеи, Маркировки № 1-8,А,Б.

Таким образом эксперты ОГБУЗ Бюро СМЭ ЕАО не могли исследовать микропрепараты минерализатов костного мозга, поскольку такого микропрепарата как минерализат костного мозга в их распоряжение предоставлен не был. Акт 363/17 не содержит в себе указание на наличие на 5 стеклах микропрепарата минерализата костного мозга.

В своем постановлении прокурор указывает на то, что вопреки доводам заявителя следователем предпринимались меры к установлению однородности водорослей, обнаруженных при исследовании трупа Шинко Д.В. и произрастающих в озере «Белогорка» Серышевского района Амурской области.

Постановлением старшего следователя следственного отдела по Серышевскому району Следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области А.М. Фаткуллина от 13.09.2017 года была назначена экспертиза объектов растительного происхождения в ФБУ Дальневосточного регионального центра судебной экспертизы Минюста РФ. В распоряжение экспертов были предоставлены микропрепараты органов на стеклах из трупа Шинко Д.В. и образец воды из озера, расположенного в окрестностях с. Белогорка Серышевского района Амурской области.

24 ноября 2017 года ФБУ Дальневосточного регионального центра судебной экспертизы Минюста РФ за исх. № 1148/4-1 направило органу дознания сообщение о невозможности дать заключение, в котором эксперт указал, что представленные микропрепараты не информативны для целей установления наличия диатомового планктона, т.к. являются гистологическими препаратами.

Обжалуемое постановление в себе содержит также указание прокурора области о том, что в костном мозге при проведении дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизе от 05.05.2017 г. № 9 обнаружены диатомовые водоросли.

Возникает вопрос, почему прокурор и следствие проигнорировали то важное обстоятельство, что при наличии образца воды из озера и наличия обнаруженных в костном мозге из трупа Шинко Д.В. диатомовых водорослей при проведении дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизе от 05.05.2017 г. № 9 не был произведен их сравнительный анализ?

Не указывает ли наличие такого вопроса на то, что ни прокурор, ни следствие не заинтересованы в результатах такого исследования, если оно до сих пор сравнительный анализ проведен не был? И не указывает ли это обстоятельство на то, что следователем Фаткуллиным А.М. в ФБУ Дальневосточного регионального центра судебной экспертизы Минюста РФ умышленно были направлены гистологические микропрепараты органов на стеклах из трупа Шинко Д.В., по которым невозможно дать заключение по поставленным вопросам?

Получение органом предварительного расследования заключения экспертов о разности диатомовых водорослей, выявленных в костном мозге и трупа Шинко Д.В. и установленных в образце воды из водоема поставит орган предварительного расследования в тупик.

Кроме того, в обжалуемом постановлении прокурор указывает, что по факту отсутствия в материалах уголовного дела № 643486 фототаблицы и компакт-дисков с файлами видеозаписи и фотографий, сделанных при эксгумации трупа Шинко Д.В. от 16.01.2017 года, а также фотографий трупа Шинко Д.В., сделанных на территории морга 13.08.2016 года и фотографий Шинко Д.В., сделанных при жизни, представленных потерпевшим следователю СО по Серышевскому району СУ СК России по Амурской области Фаткуллину А.М. 08.08.2019 года в адрес руководителя району СУ СК России по Амурской области направлена информация, которая рассмотрена и удовлетворена. Выявленные прокуратурой области нарушения устранены.

Вместе с тем, возникают вопросы:

  • каким образом нарушения устранены?
  • были ли файлы видеозаписи и фотографий приобщены к материалам уголовного дела?
  • было ли принято следственным органом процессуальное решение о приобщении файлов видеозаписи и фотографий  к материалам уголовного дела и на основании чего, если уголовное дело было прекращено?
  • почему до настоящего времени в рамках уголовного дела не была дана правовая оценка материалам, имеющим доказательное значение и содержащихся в фототаблице и компакт-дисках с файлами видеозаписи и фотографиях, сделанных при эксгумации трупа Шинко Д.В. от 16.01.2017 года, а также фотографиях трупа Шинко Д.В., сделанных на территории морга 13.08.2016 года и фотографиях Шинко Д.В., сделанных при жизни, представленных потерпевшим следователю СО по Серышевскому району СУ СК России по Амурской области Фаткуллину А.М. 08.08.2019 года.

Принимая во внимание изложенное, –

ПРОШУ:

  1. Проверить изложенные в настоящей жалобе доводы.
  2. Проверить повторно изложенные мною доводы в жалобе прокурору Амурской области от 09.09.2019 года и дополнений к жалобе прокурору Амурской области от 27.09.2019 года.
  3. Дать каждому доводу правовую оценку.
  4. Отменить постановление прокурора Амурской области об отказе в удовлетворении жалобы от 23.09.2019 года.
  5. Отменить как незаконное постановление от 17 июня 2019 года следователя по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области подполковника полиции Колкова Р.С. о прекращении уголовного дела № 643486 по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

09.10.2019

В.Я. Шинко

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ

Вы можете отправить нам сообщение и мы ответим Вам в ближайшее время

Отправка

Политика конфиденциальности личной информацииПользовательское соглашение

© Авторское право 2019 КС Цитадель. Все права защищены

Вход на сайт

Забыли данные для входа?

Create Account

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: